Своих не бросаем! | ЦВКГ им.А.А.Вишневского

+7 (499) 645-52-34         круглосуточно

Федеральное государственное бюджетное учреждение"3 Центральный Военный Клинический Госпиталь им. А.А. Вишневского"
Министерства обороны Российской Федерации

Своих не бросаем!

Вы здесь

Отделение травматологии прежде всего оказывает экс­тренную помощь пострадавшим. Это значит, что каждый из врачей-травматологов ежеминутно должен быть готов, неза­висимо от того, где бы он ни находился, оказать экстренную помощь пострадавшим. Ведь каждый день кто-то посколь­знулся и получил перелом, кто-то пострадал в дорожно-транс­портной аварии, а кто-то просто слишком беспечно занимал­ся спортом — это можно перечислять до бесконечности. Одна­ко существует и иная сторона работы врачей-травматологов. В большей степени этим и занимается центр травматологии 3-го ЦВГК им. А.А. Вишневского.

Отделение травматологии, как оно называлось до недавне­го времени, было организовано в 1990 году. Сначала оно было внеш­татным: на базе двух отделений, всего на 11 коек, а уже в 1991 году стало штатным отделением. И в мае этого года отделение отпразд­новало свой 25-летний юбилей. Сегодня здесь работают как моло­дые специалисты, так и сотрудни­ки, которые находились у истоков образования отделения. Это — врач высшей категории Игорь Владимирович Вець, старшая м/с Фролова Ольга Михайловна и пе­ревязочная — Опекина Нина Ни­колаевна. Сейчас отделение уже стало центром травматологии, куда вошли 30, 40 и 58-е отделе­ния, и новообразованный центр проходит процесс становления — идет набор врачей, медсестер, и, конечно же, все с нетерпением ждут открытия нового корпуса.

Рассказывает начальник отде­ления травматологии — к.м.н., за­служенный врач РФ, врач высшей категории полковник медицин­ской службы Эдуард Вячеславович Пешехонов:

 

 

 
 
 

 

«У нас все вспоминают такой случай из истории отделения: в начале 90-х на красногорском за­воде «Зоркий» нам изготавливали специальные травматологические инструменты, а мы расплачива­лись алкоголем. Конечно, это была вынужденная мера, когда было плохо всей стране. 

Потом, конечно, появились и высоко­технологичное оборудование, и специальные бинты, и другие специнструменты для проведения высокотехнологичных операций, не будем мучить читателей наши­ми сложными терминами, но по­верьте, сегодня мы можем прове­сти операцию любой сложности, даже берем таких больных, от ко­торых отказываются другие кли­ники. За 25 лет с нашей, к сожа­лению, не очень большой возмож­ностью для размещения в стаци­онаре, через нас прошло более 11 тысяч больных, проделано более 7 тысяч операций. Конечно, мы, как военный госпиталь, в первую оче­редь предназначены для оказания помощи при ранениях различной степени. Наши врачи участвовали во всех зонах конфликта, проводя операции порой в совершенно не­вероятных условиях. Но на то мы и военные хирурги».

В травматологическом центре врачи выполняют всевозможные операции, применяя практически все технологии, которые суще­ствуют в мире. Среди операций — такие как: сложные оскольчатые переломы костей конечностей и таза, ортопедические операции — удлинения конечностей, исправ­ление деформации стоп, кстати, эта технология за последние де­сять лет в мире решена и все вра­чи, в том числе и врачи травмато­логического центра госпиталя, ис­пользуют передовые технологии, а не «обтесывают под ботинки», как это было раньше.

Потом, конечно, появились и высоко­технологичное оборудование, и специальные бинты, и другие специнструменты для проведения высокотехнологичных операций, не будем мучить читателей наши­ми сложными терминами, но по­верьте, сегодня мы можем прове­сти операцию любой сложности, даже берем таких больных, от ко­торых отказываются другие кли­ники. 

 

За 25 лет с нашей, к сожа­лению, не очень большой возмож­ностью для размещения в стаци­онаре, через нас прошло более 11 тысяч больных, проделано более 7 тысяч операций. Конечно, мы, как военный госпиталь, в первую оче­редь предназначены для оказания помощи при ранениях различной степени. Наши врачи участвовали во всех зонах конфликта, проводя операции порой в совершенно не­вероятных условиях. Но на то мы и военные хирурги». В травматологическом центре врачи выполняют всевозможные операции, применяя практически все технологии, которые суще­ствуют в мире. Среди операций — такие как: сложные оскольчатые переломы костей конечностей и таза, ортопедические операции — удлинения конечностей, исправ­ление деформации стоп, кстати, эта технология за последние де­сять лет в мире решена и все вра­чи, в том числе и врачи травмато­логического центра госпиталя, ис­пользуют передовые технологии, а не «обтесывают под ботинки», как это было раньше.

Конечно, есть и проблемы — это наши старики. Сегодня во многих клиниках ситуации с по­жилыми людьми обстоят так, что их либо оставляют умирать — или врачи все же берутся их опериро­вать, что в их преклонном возрас­те сопряжено с огромным риском. Наши врачи — оперируют.

«При переломах шейки бе­дренной кости мы оперируем даже и в 90 лет».

Травматологическая служба госпиталя интегрирована в трав­матологию и ортопедию мегапо­лиса и всей страны. 

«Мы периодически приглаша­ем на помощь ведущих специали­стов в каком-либо узком направ­лении и тоже учимся. Например, главный ортопед страны Николай Васильевич Загородний с удоволь­ствием участвует с нами в опера­циях, а мы перенимаем его опыт.

Один неординарный случай из нашей практики, которым мы гордимся: это девушка-прапор­щик с тяжелой политравмой голо­вы, груди и конечностей, которая пролежала целый месяц в коме в маленькой районной больнице. Разрушенный коленный сустав все это время находился практи­чески «на улице». Местные врачи даже не смогли его «укрыть тканя­ми», что привело к нагноению и, как следствие, к остеомелиту. Мы ее долго восстанавливали, сделали пять или шесть операций, и только через год вернулись к почти «по­терянному» колену. Для нее при­обретен, по тем временам, самый лучший немецкий эндопротез ко­ленного сустава. Сегодня девушка чувствует вполне себе — вторично вышла замуж, родила ребеночка».

Вообще, как мне стало извест­но, тогда это было впервые. И только благодаря руководству го­спиталя этой девушке поставили сустав, который (по тем временам) стоил почти миллион рублей.

Эдуард Вячеславович затронул и такую проблему, как «политрав­ма». Сегодня, в связи с созданием специализированных центров в мегаполисе, удельный вес «поли­травмы» в госпитале существенно уменьшился, однако эта проблема не потеряла актуальности, а опыт травматологов нашего госпиталя и возможности госпиталя позволя­ют с ней справляться, используя высоко технологичные методы. Однако, к сожалению, и сегодня у травматологов во всей стране нет однозначного понимания этой проблемы, и — как между самими врачами, так и в прессе — идут по­стоянные споры по этому поводу.

«Еще один случай из практики, которым мы гордимся: это десант­ник-подполковник Сергей Бавы­кин, который одну ногу потерял еще во время чеченской кампании, но продолжал служить, а вторую сломал в автодорожной аварии, в двух местах. Ему был проделан ряд операций в нескольких клиниках, пока он не попал к нам, т.е. с 12 ок­тября по 1 января его оперировали не один раз. И когда его привезли к нам, у него были сплошные гной­ные свищи. При этом, второй но­гой он даже не мог пользоваться. А чтобы одеть на культю протез, нужно было встать на вторую ногу, однако, по понятным причинам, сделать это он не мог. Мы очень долго совещались. В результате мы использовали всевозможные ме­тоды, даже пришлось вспомнить металлоконструкцию прошлого столетия — «гвоздь Демьянова». Но главное, что он встал на свою ногу. Затем ему заменили протез в (тогда еще 6-м) филиале наше­го госпиталя. И сегодня он себя прекрасно чувствует и продолжает служить».

Пользуясь случаем, я созво­нилась с полковником Серге­ем Бовыкиным, десантником, о котором шла речь. И вот что он сказал: «Сегодня я чувствую себя замечательно. И очень благодарен врачам-травматологам, професси­оналам, настоящим офицерам, хи­рургам высокого класса. Огромное человеческое спасибо врачам-«виш­невцам»!»

Мраморная болезнь — это очень редкая, но страшная бо­лезнь кости, когда кости хрупкие, как стекло. Обычно люди, у кото­рых эта редкая болезнь, практиче­ски неподвижны, так как любое неосторожное движение может закончиться госпитализацией в травматологию.

«Девушка с диагнозом «мра­морная болезнь» сначала попала в нашу нейрохирургию с переломом шеи, потом она сломала бедро, и ей где-то сделали операцию, после ко­торой она с болями пришла к нам. Кроме всего прочего, у нее была укорочена нога. Кости пришлось снова ломать и все делать зано­во. Все прошло нормально, прав­да, помучиться пришлось немало, так как даже во время операции от хрупкости костей мы долго не могли поставить протез, пришлось применять специальный цемент с антибиотиком. В общем, девушка сейчас ходит довольно неплохо для той проблемы, по поводу которой мы ее прооперировали. Но надо от­дать должное этой девушке — сила воли у нее просто супер, другие на ее месте давно бы сломались. Да и муж ее поддерживает, а это немало­важно. Бывает ведь и по-другому...».

Сегодня в отделении оказыва­ются все виды помощи — от бо­евых поражений, как основной задачи военной травматологии, до самых современных методик, ко­торые выполняются во всем мире. Это внутрикостный остеосинтез, накостный погружной остеосин­тез. Также в этом году закуплены импланты от ведущих ев­ропейских производителей (для оперативного лече­ния контингента МО РФ). Врачи надеются, что это существенно поднимет их рейтинг среди популярных клиник Москвы, и не только…

Эдуард Вячеславович очень сожалел о том, что его опытные коллеги «не могут найти время для написания кандидатских и док­торских работ, ведь у каждого из них практики не на одну диссер­тацию».

Заканчивая нашу беседу, я по­просила сказать свое новогоднее пожелание читателям, на что он, улыбаясь, ответил: «Если уж кому не повезет в новогоднюю ночь, то пусть хотя бы успеют хорошо по­сидеть с друзьями и близкими».

И уже серьезно добавил: «Хочу сказать одно — наша военная медицина мало того что своих не бросает, но и по возможности помогает всем, попавшим в беду».

Надежда ДРОБЫШЕВСКАЯ